Любовь Петра была столь пламенной, что он стал главой двенадцати апостолов, избранных Господом. Он был для них не как господин, обладающий властью принуждать, – ибо как это было бы возможно, если Господь запретил апостолам посягать на власть друг над другом.

Что же сказать о святом Павле – первом после Единого? Даже корифея красноречия, святого Иоанна Златоуста, охватывало упоение, когда он произносил имя святого Павла, и он прерывал свою речь, чтобы воздать хвалы апостолу. Тот, кто считал себя последним из апостолов и недостойным даже этого названия, стал «избранным сосудом» (Деян. 9: 15) благодати, как никто другой.